Українська
English
Украина входит в эпоху долгой демографической турбулентности: почему беби-бум после войны невозможен и что говорят данные
«Когда я пытаюсь оценить потери Украины в результате войны, у меня получается страшная цифра – 10 миллионов человек. Это и есть “демографическая пропасть”.»
Эта фраза директора Института демографии и социальных исследований НАН Украины им. М. В. Птуха Эллы Либановой стала одной из самых обсуждаемых. И чтобы понять её смысл, важно разобрать, что именно стоит за этой цифрой.
Откуда берутся “10 миллионов”: подробное объяснение
Эта цифра — не про количество погибших. Это совокупные демографические потери, рассчитанные как сумма нескольких больших групп.
Во-первых, речь идёт о погибших гражданских и военных. Официальные данные закрыты, но их вклад в демографическую структуру очевиден.
Во-вторых, это массовая эмиграция. По данным Евростата около 4,3 млн украинцев находятся в Европе — странах ЕС.
Ещё около 700 тысяч — в Британии, США, Канаде, Израиле, Грузии, странах Латинской Америки и Молдове.
То есть примерно 5 миллионов человек находятся за пределами страны.
Причём треть из них — дети и подростки. Людей старше 65 лет — всего около 6%.
В-третьих, демографы учитывают тех, кто не вернётся. После многолетних войн значительная часть мигрантов закрепляется в новых странах — это глобальная закономерность.
И, наконец, одна из самых больших «невидимых» составляющих — это нерождённые дети. Резкое падение рождаемости с 2,1 до 0,7 означает сотни тысяч детей, которые могли бы появиться, но не появятся в ближайшие годы.
Совокупность всех этих факторов — погибших, уехавших, тех, кто останется за границей, и нерождённых — формирует оценку Либановой о 10 миллионах демографических потерь.
Почему беби-бум невозможен
Либанова говорит об этом прямо:
«Я не верю в беби-бум после войны. Его не будет».
И позже уточняет:
«Не будет такого взрыва рождаемости, который был после Второй мировой войны».
Причина в том, что условия 2020-х отличаются от условий 1940-х. Тогда дети были частью модели выживания, рабочей силой, опорой для семьи. Сейчас рождение ребёнка — это планирование, ответственность и ощущение безопасности, которое пока недоступно значительной части украинских семей.
Рождаемость рухнула до минимального уровня
До полномасштабного вторжения рождаемость составляла примерно 2,1 ребёнка на женщину.
Сегодня показатель упал до 0,7 — уровня, при котором население перестаёт себя воспроизводить.
Это означает не просто временную яму, а долгий период демографического сжатия.
Миграция усилила масштаб потерь
Сопоставление данных Евростата и расчётов украинских демографов показывает, что Украина потеряла не просто людей, а будущие поколения.
Дети, подростки, молодые специалисты, женщины репродуктивного возраста — именно они составляют большинство миграционного потока. Это означает, что восстановление численности населения потребует гораздо больше времени, чем после любой войны XX века.
Что будет через 10–20 лет: три демографических сценария
Эксперты моделируют варианты развития до 2040 года.
Оптимистичный возможен только при быстром завершении войны, частичном возвращении мигрантов и активной семейной политике. Тогда численность может составить 33–35 миллионов.
Базовый сценарий — наиболее вероятный: умеренная репатриация, небольшой рост рождаемости до 1,5–1,6, продолжение миграции в Европу. В этом случае население будет 28–30 миллионов.
Пессимистичный предполагает затяжную войну, низкую рождаемость и дальнейшую эмиграцию. Тогда ожидаемая численность — 24–26 миллионов.
Это сопоставимо с Чехией или Австралией, но Украина значительно превосходит их по территории, что создаёт дополнительные вызовы.
Общество изменилось: усталость не стала признаком капитуляции
Либанова подчёркивает, что украинцы стали гораздо более сплочёнными. Формирование политической украинской нации ускорилось. Этнические различия перестали играть существенную роль, важнее стало ощущение принадлежности к государству.
Доверие к власти выросло благодаря тому, что руководство страны не покинуло Украину. Децентрализация позволила создать устойчивые механизмы территориальной обороны.
Но самое важное Либанова формулирует так:
«Есть разочарование и усталость. Но это не значит, что украинцы готовы сдаться.
Львиная доля понимает: отступать некуда.
Если война будет проиграна, не будет ни Украины, ни украинской нации».
Вывод: беби-бума не будет, но есть время построить новую стратегию
Украину ожидает длительный период демографического сжатия.
Беби-бум невозможен — ни экономически, ни психологически, ни социально.
Но демографический кризис не равен поражению.
Что может стать основой будущей стратегии
— комплексная поддержка молодых семей
— развитие инфраструктуры детства
— программы репатриации
— стимулы для возвращения специалистов
— культурная политика, подчеркивающая ценность семьи и воспитания
— долгосрочные проекты, а не точечные выплаты
Первый шаг — признание проблемы и отказ от иллюзий, что всё «вернётся само».
Полная аналитика и детали — в статье:
https://news.nikk.co.il/ukraina-stalkivaetsya/
Какой шаг должен стать первым, если Украина хочет остановить демографическое падение и сохранить будущее?
#Украина #демография #будущее #украинскаянация #общество #война #анализ #NikkAgency #НАновости
«Когда я пытаюсь оценить потери Украины в результате войны, у меня получается страшная цифра – 10 миллионов человек. Это и есть “демографическая пропасть”.»
Эта фраза директора Института демографии и социальных исследований НАН Украины им. М. В. Птуха Эллы Либановой стала одной из самых обсуждаемых. И чтобы понять её смысл, важно разобрать, что именно стоит за этой цифрой.
Откуда берутся “10 миллионов”: подробное объяснение
Эта цифра — не про количество погибших. Это совокупные демографические потери, рассчитанные как сумма нескольких больших групп.
Во-первых, речь идёт о погибших гражданских и военных. Официальные данные закрыты, но их вклад в демографическую структуру очевиден.
Во-вторых, это массовая эмиграция. По данным Евростата около 4,3 млн украинцев находятся в Европе — странах ЕС.
Ещё около 700 тысяч — в Британии, США, Канаде, Израиле, Грузии, странах Латинской Америки и Молдове.
То есть примерно 5 миллионов человек находятся за пределами страны.
Причём треть из них — дети и подростки. Людей старше 65 лет — всего около 6%.
В-третьих, демографы учитывают тех, кто не вернётся. После многолетних войн значительная часть мигрантов закрепляется в новых странах — это глобальная закономерность.
И, наконец, одна из самых больших «невидимых» составляющих — это нерождённые дети. Резкое падение рождаемости с 2,1 до 0,7 означает сотни тысяч детей, которые могли бы появиться, но не появятся в ближайшие годы.
Совокупность всех этих факторов — погибших, уехавших, тех, кто останется за границей, и нерождённых — формирует оценку Либановой о 10 миллионах демографических потерь.
Почему беби-бум невозможен
Либанова говорит об этом прямо:
«Я не верю в беби-бум после войны. Его не будет».
И позже уточняет:
«Не будет такого взрыва рождаемости, который был после Второй мировой войны».
Причина в том, что условия 2020-х отличаются от условий 1940-х. Тогда дети были частью модели выживания, рабочей силой, опорой для семьи. Сейчас рождение ребёнка — это планирование, ответственность и ощущение безопасности, которое пока недоступно значительной части украинских семей.
Рождаемость рухнула до минимального уровня
До полномасштабного вторжения рождаемость составляла примерно 2,1 ребёнка на женщину.
Сегодня показатель упал до 0,7 — уровня, при котором население перестаёт себя воспроизводить.
Это означает не просто временную яму, а долгий период демографического сжатия.
Миграция усилила масштаб потерь
Сопоставление данных Евростата и расчётов украинских демографов показывает, что Украина потеряла не просто людей, а будущие поколения.
Дети, подростки, молодые специалисты, женщины репродуктивного возраста — именно они составляют большинство миграционного потока. Это означает, что восстановление численности населения потребует гораздо больше времени, чем после любой войны XX века.
Что будет через 10–20 лет: три демографических сценария
Эксперты моделируют варианты развития до 2040 года.
Оптимистичный возможен только при быстром завершении войны, частичном возвращении мигрантов и активной семейной политике. Тогда численность может составить 33–35 миллионов.
Базовый сценарий — наиболее вероятный: умеренная репатриация, небольшой рост рождаемости до 1,5–1,6, продолжение миграции в Европу. В этом случае население будет 28–30 миллионов.
Пессимистичный предполагает затяжную войну, низкую рождаемость и дальнейшую эмиграцию. Тогда ожидаемая численность — 24–26 миллионов.
Это сопоставимо с Чехией или Австралией, но Украина значительно превосходит их по территории, что создаёт дополнительные вызовы.
Общество изменилось: усталость не стала признаком капитуляции
Либанова подчёркивает, что украинцы стали гораздо более сплочёнными. Формирование политической украинской нации ускорилось. Этнические различия перестали играть существенную роль, важнее стало ощущение принадлежности к государству.
Доверие к власти выросло благодаря тому, что руководство страны не покинуло Украину. Децентрализация позволила создать устойчивые механизмы территориальной обороны.
Но самое важное Либанова формулирует так:
«Есть разочарование и усталость. Но это не значит, что украинцы готовы сдаться.
Львиная доля понимает: отступать некуда.
Если война будет проиграна, не будет ни Украины, ни украинской нации».
Вывод: беби-бума не будет, но есть время построить новую стратегию
Украину ожидает длительный период демографического сжатия.
Беби-бум невозможен — ни экономически, ни психологически, ни социально.
Но демографический кризис не равен поражению.
Что может стать основой будущей стратегии
— комплексная поддержка молодых семей
— развитие инфраструктуры детства
— программы репатриации
— стимулы для возвращения специалистов
— культурная политика, подчеркивающая ценность семьи и воспитания
— долгосрочные проекты, а не точечные выплаты
Первый шаг — признание проблемы и отказ от иллюзий, что всё «вернётся само».
Полная аналитика и детали — в статье:
https://news.nikk.co.il/ukraina-stalkivaetsya/
Какой шаг должен стать первым, если Украина хочет остановить демографическое падение и сохранить будущее?
#Украина #демография #будущее #украинскаянация #общество #война #анализ #NikkAgency #НАновости
Украина входит в эпоху долгой демографической турбулентности: почему беби-бум после войны невозможен и что говорят данные
«Когда я пытаюсь оценить потери Украины в результате войны, у меня получается страшная цифра – 10 миллионов человек. Это и есть “демографическая пропасть”.»
Эта фраза директора Института демографии и социальных исследований НАН Украины им. М. В. Птуха Эллы Либановой стала одной из самых обсуждаемых. И чтобы понять её смысл, важно разобрать, что именно стоит за этой цифрой.
Откуда берутся “10 миллионов”: подробное объяснение
Эта цифра — не про количество погибших. Это совокупные демографические потери, рассчитанные как сумма нескольких больших групп.
Во-первых, речь идёт о погибших гражданских и военных. Официальные данные закрыты, но их вклад в демографическую структуру очевиден.
Во-вторых, это массовая эмиграция. По данным Евростата около 4,3 млн украинцев находятся в Европе — странах ЕС.
Ещё около 700 тысяч — в Британии, США, Канаде, Израиле, Грузии, странах Латинской Америки и Молдове.
То есть примерно 5 миллионов человек находятся за пределами страны.
Причём треть из них — дети и подростки. Людей старше 65 лет — всего около 6%.
В-третьих, демографы учитывают тех, кто не вернётся. После многолетних войн значительная часть мигрантов закрепляется в новых странах — это глобальная закономерность.
И, наконец, одна из самых больших «невидимых» составляющих — это нерождённые дети. Резкое падение рождаемости с 2,1 до 0,7 означает сотни тысяч детей, которые могли бы появиться, но не появятся в ближайшие годы.
Совокупность всех этих факторов — погибших, уехавших, тех, кто останется за границей, и нерождённых — формирует оценку Либановой о 10 миллионах демографических потерь.
Почему беби-бум невозможен
Либанова говорит об этом прямо:
«Я не верю в беби-бум после войны. Его не будет».
И позже уточняет:
«Не будет такого взрыва рождаемости, который был после Второй мировой войны».
Причина в том, что условия 2020-х отличаются от условий 1940-х. Тогда дети были частью модели выживания, рабочей силой, опорой для семьи. Сейчас рождение ребёнка — это планирование, ответственность и ощущение безопасности, которое пока недоступно значительной части украинских семей.
Рождаемость рухнула до минимального уровня
До полномасштабного вторжения рождаемость составляла примерно 2,1 ребёнка на женщину.
Сегодня показатель упал до 0,7 — уровня, при котором население перестаёт себя воспроизводить.
Это означает не просто временную яму, а долгий период демографического сжатия.
Миграция усилила масштаб потерь
Сопоставление данных Евростата и расчётов украинских демографов показывает, что Украина потеряла не просто людей, а будущие поколения.
Дети, подростки, молодые специалисты, женщины репродуктивного возраста — именно они составляют большинство миграционного потока. Это означает, что восстановление численности населения потребует гораздо больше времени, чем после любой войны XX века.
Что будет через 10–20 лет: три демографических сценария
Эксперты моделируют варианты развития до 2040 года.
Оптимистичный возможен только при быстром завершении войны, частичном возвращении мигрантов и активной семейной политике. Тогда численность может составить 33–35 миллионов.
Базовый сценарий — наиболее вероятный: умеренная репатриация, небольшой рост рождаемости до 1,5–1,6, продолжение миграции в Европу. В этом случае население будет 28–30 миллионов.
Пессимистичный предполагает затяжную войну, низкую рождаемость и дальнейшую эмиграцию. Тогда ожидаемая численность — 24–26 миллионов.
Это сопоставимо с Чехией или Австралией, но Украина значительно превосходит их по территории, что создаёт дополнительные вызовы.
Общество изменилось: усталость не стала признаком капитуляции
Либанова подчёркивает, что украинцы стали гораздо более сплочёнными. Формирование политической украинской нации ускорилось. Этнические различия перестали играть существенную роль, важнее стало ощущение принадлежности к государству.
Доверие к власти выросло благодаря тому, что руководство страны не покинуло Украину. Децентрализация позволила создать устойчивые механизмы территориальной обороны.
Но самое важное Либанова формулирует так:
«Есть разочарование и усталость. Но это не значит, что украинцы готовы сдаться.
Львиная доля понимает: отступать некуда.
Если война будет проиграна, не будет ни Украины, ни украинской нации».
Вывод: беби-бума не будет, но есть время построить новую стратегию
Украину ожидает длительный период демографического сжатия.
Беби-бум невозможен — ни экономически, ни психологически, ни социально.
Но демографический кризис не равен поражению.
Что может стать основой будущей стратегии
— комплексная поддержка молодых семей
— развитие инфраструктуры детства
— программы репатриации
— стимулы для возвращения специалистов
— культурная политика, подчеркивающая ценность семьи и воспитания
— долгосрочные проекты, а не точечные выплаты
Первый шаг — признание проблемы и отказ от иллюзий, что всё «вернётся само».
Полная аналитика и детали — в статье:
https://news.nikk.co.il/ukraina-stalkivaetsya/
Какой шаг должен стать первым, если Украина хочет остановить демографическое падение и сохранить будущее?
#Украина #демография #будущее #украинскаянация #общество #война #анализ #NikkAgency #НАновости
1Kпереглядів
